38 театральный сезон

Касса театра:

Пн: Выходной
Вт-Пт: с 13:00 до 19:30
Сб-Вс: с 12:00 до 18:30
Купить билет

Главный режиссер театра:

Народный артист России

Основатель театра:

Народная артистка России
#театрсфера

Отзыв О. Рыбинской о клубном вечере "Девятое марта"

Отзыв О. Рыбинской о клубном вечере "Девятое марта"
11 Марта 2015
Современность vs классика
 
Чем отличаются спектакли современных авторов от классических постановок? А стихи современных поэтов от произведений гениальных мэтров поэзии? 
 
Да, весомость современного стиха оценить сложно. Но в этот вечер мне посчастливилось почувствовать на себе ЕГО влияние. Если поэтические вечера Пушкина, Лермонтова, Цветаевой и других великих поэтов встряхивают, зовут куда-то, переворачивают сознание новыми открытиями, то "Девятое марта" приняло меня как старую добрую знакомую: поставило музыку из детства; накрыло стол, как в педобщаге; даже надело любимый парфюм, запах теплый, желтый, с горной мимозовской перчинкой, как тогда в 6 классе. Но главное - в этом по-домашнему родном обрамлении жили стихи. Стихи близкие, стихи понятные, стихи на грани прозы и поэзии. Стихи с особым ритмом сегодняшней жизни, с сегодняшней мелодикой, с сегодняшними рваными паузами и сегодняшним смыслом. 
 
Иосиф Бродский писал в предисловии к сборнику стихотворений Евгения Рейна, что "стихи растут из сора... Сор этот включает в себя решительно все, с чем человек сталкивается, от чего отталкивается, на что обращает внимание. Сор - это не только его физический - зрительный, осязаемый, обоняемый и акустический опыт; это также опыт пережитого, избыточного, недополученного, принятого на веру, забытого, преданного, знакомого только понаслышке; а также опыт прочитанного".
 
Именно! Сор! Лишний, всегда и везде снующий вокруг нас, мешающий, отвлекающий, безобразный, конечно же, несерьезный. Стихи из сора повседневной жизни нашего бытия не проверены годами. А классические стихотворения - отполированны веками, драгоценные камни-самоцветы. Но нет смысла сравнивать ни первое со вторым, ни второе с первым. Наша жизнь эклектична, и в ней есть место многому, разному, несовместимому. А уж жизни между строками стихов и подавно...
 
Наши общие потребности
 
В своем интервью Олег Дозморов пишет о потребности поэта сочинять и о потребности читателя читать то, что сочинил поэт: "...это глубинная потребность, даже зависимость...Сначала накапливается некое напряжение, я думаю, этот процесс происходит в бессознательном. Это ощущается как тяжесть, беспокойство, тревога. Словно ледник медленно сползает в море. Затем происходит скол этого бессознательного, и поэт имеет дело с этим айсбергом, куском, который требует образного и материального воплощения. Тут необходимо вдохновение, без которого творчество, по-моему, невозможно. Вдохновение — это некая возможность и инструмент, чтобы этим бессознательным заняться, разрешить этот конфликт музыкальным образом. Такое ощущение подъема, легкости и трезвой ясности. Маниакальный момент...Стихотворение (или несколько подряд) — это и есть такое материальное воплощение этого куска бессознательного, снятие конфликта. Поэтому после написания стихотворения поэт чувствует, словно ему жить стало легче...У квалифицированного читателя сформирована потребность в поэзии "в виде стихов"... Просто кто-то любит стихи Тарковского, кто-то Асадова, кто-то бардовские песни, а кто-то шансон, но это одна и та же потребность. В поэзии". 
 
Величайшая потребность поэта - создавать гармонию (насколько это возможно) из жизненного сора, и не менее великая потребность зрителя и читателя прикасаться к облагороженному сору , пропитываться им, погружаться в него глубоко-глубоко и, наконец, находить на самом дне что-то важное, может быть, даже самого себя. И возвращаться очищенным (вот парадокс - сор смывается сором!), успокоенным, напитанным. После девятимартовского "пира слов и звуков" собственные мысли складываются в строчки, юные, неладные, но уже самостоятельные и рожденные:
 
Ткань стиха современного
Отличается от материи древности,
Она меняет чтецов, зрителей, атмосферу, "Сферу".
Сразу думается стихами, 
Сразу чувствуется строками,
После соприкосновения,
После столкновения,
Современность vs классика
 
Чем отличаются спектакли современных авторов от классических постановок? А стихи современных поэтов от произведений гениальных мэтров поэзии? 
 
Да, весомость современного стиха оценить сложно. Но в этот вечер мне посчастливилось почувствовать на себе ЕГО влияние. Если поэтические вечера Пушкина, Лермонтова, Цветаевой и других великих поэтов встряхивают, зовут куда-то, переворачивают сознание новыми открытиями, то "Девятое марта" приняло меня как старую добрую знакомую: поставило музыку из детства; накрыло стол, как в педобщаге; даже надело любимый парфюм, запах теплый, желтый, с горной мимозовской перчинкой, как тогда в 6 классе. Но главное - в этом по-домашнему родном обрамлении жили стихи. Стихи близкие, стихи понятные, стихи на грани прозы и поэзии. Стихи с особым ритмом сегодняшней жизни, с сегодняшней мелодикой, с сегодняшними рваными паузами и сегодняшним смыслом. 
 
Иосиф Бродский писал в предисловии к сборнику стихотворений Евгения Рейна, что "стихи растут из сора... Сор этот включает в себя решительно все, с чем человек сталкивается, от чего отталкивается, на что обращает внимание. Сор - это не только его физический - зрительный, осязаемый, обоняемый и акустический опыт; это также опыт пережитого, избыточного, недополученного, принятого на веру, забытого, преданного, знакомого только понаслышке; а также опыт прочитанного".
 
Именно! Сор! Лишний, всегда и везде снующий вокруг нас, мешающий, отвлекающий, безобразный, конечно же, несерьезный. Стихи из сора повседневной жизни нашего бытия не проверены годами. А классические стихотворения - отполированны веками, драгоценные камни-самоцветы. Но нет смысла сравнивать ни первое со вторым, ни второе с первым. Наша жизнь эклектична, и в ней есть место многому, разному, несовместимому. А уж жизни между строками стихов и подавно...
 
Наши общие потребности
 
В своем интервью Олег Дозморов пишет о потребности поэта сочинять и о потребности читателя читать то, что сочинил поэт: "...это глубинная потребность, даже зависимость...Сначала накапливается некое напряжение, я думаю, этот процесс происходит в бессознательном. Это ощущается как тяжесть, беспокойство, тревога. Словно ледник медленно сползает в море. Затем происходит скол этого бессознательного, и поэт имеет дело с этим айсбергом, куском, который требует образного и материального воплощения. Тут необходимо вдохновение, без которого творчество, по-моему, невозможно. Вдохновение — это некая возможность и инструмент, чтобы этим бессознательным заняться, разрешить этот конфликт музыкальным образом. Такое ощущение подъема, легкости и трезвой ясности. Маниакальный момент...Стихотворение (или несколько подряд) — это и есть такое материальное воплощение этого куска бессознательного, снятие конфликта. Поэтому после написания стихотворения поэт чувствует, словно ему жить стало легче...У квалифицированного читателя сформирована потребность в поэзии "в виде стихов"... Просто кто-то любит стихи Тарковского, кто-то Асадова, кто-то бардовские песни, а кто-то шансон, но это одна и та же потребность. В поэзии". 
 
Величайшая потребность поэта - создавать гармонию (насколько это возможно) из жизненного сора, и не менее великая потребность зрителя и читателя прикасаться к облагороженному сору , пропитываться им, погружаться в него глубоко-глубоко и, наконец, находить на самом дне что-то важное, может быть, даже самого себя. И возвращаться очищенным (вот парадокс - сор смывается сором!), успокоенным, напитанным. После девятимартовского "пира слов и звуков" собственные мысли складываются в строчки, юные, неладные, но уже самостоятельные и рожденные:
 
Ткань стиха современного
Отличается от материи древности,
Она меняет чтецов, зрителей, атмосферу, "Сферу".
Сразу думается стихами, 
Сразу чувствуется строками,
После соприкосновения,
После столкновения,
После соединения,
Да такого плотного, что сразу и не отлепишься,
Не оторвешься,
Не поймешь, где стихи, а где ты.
 
Но с этим пониманием приходят еще вопросы,
Сотни, тысячи, полчища,
А ответы витают в воздухе "Сферы",
Но тают, когда отходишь на метр, десять, километр
И дальше.
Остаешься наедине с допросами.
Они чешутся, скребутся, ноют
В душе, голове, сердце, 
Они просят
Продолжения, напряжения, 
Нового ознакомления.
 
Женское трио и толпа мужчин
 
А под невидимой тканью современного стихотворчества в "Сфере" происходило действо - спектакль повседневной жизни - с певицами на умопомрачительных каблуках; с хрустким огурчиком под холодненькую; с танцем ангела в летах и с черно-белым пиджачным крылом; с грузинским мужским хором и, конечно же, с толпой мужчин. Мужчин таких разных, таких непонятных, таких отличающихся от нас, женщин. Мужчин напористых, диких, бесшабашных, неуверенных, застенчивых, нежных, непредсказуемых, но под волшебной тканью стихотворений раскрывшихся и, наконец-то, объяснивших нам, женщинам, ЧТО такое любовь и, КАК они любят! Как вечно ищут, ждут ту единственную, которая ОДНА, которую полюбят без всяких "но", "если" и "вдруг", полюбят всем существом без половинок, раз и навсегда. А если уже нашли такую ОДНУ, то КАК любят ее, лелеют и ценят.
 
Где-то между зрителем и актером
 
Граница существования зрителей и актеров в "Сфере" всегда тонка, но в этот раз ее просто не было! Был творческий вечер старых песен и танцев, новых имен и свежих стихов. Наши сердца, сердца зрителей, вторили словам актеров, невольно двигались в такт музыки, мы вместе смеялись, вместе аплодировали, мы прожили это время как в строчках стихотворения Михаила Гронаса:
 
Мои глаза сливались с другими глазами когда мы плакали 
не считались слезами кому принадлежит какая
 
Олег Дозморов прекрасно сказал о переживании стихосложения: "Пишущий испытывает катарсис, то есть сильнейшее чувственное потрясение, за которым следует духовное очищение. Он выныривает из стихотворения другим человеком: что-то изменилось, а что - непонятно. Опыт требует повторения". Актеры театра "Сфера" были ключиками, которые открывали потайную дверцу в мир искусства. Они впустили в себя это высшее чувство творчества, добавили своей энергии и своего понимания этого процесса, а в итоге произошло то долгожданное, неосознанное, желанное прикосновение к Божественной благодати, которое было даровано всем: зрителям, актерам, поэтам и остальным участникам Священных Забав. Наши души соревновались в заныривании на глубину внутрь самих себя и в "передачи пламени сердцу от сердца".
 
* * *
 
я стою на границе тела
и хочу раствориться в сердце
 
только, сердце, быстрее,
быстрее, ещё быстрее,
 
давай кто первый истлеет,
отсюда до вон того дома
 
М. Гронас
 
С уважением,
Олеся Рыбинская
 

Автор: Олеся Рыбинская

Спектакль и зритель

"Как хочется заменить само слово – «спектакль»- другим, более точно выражающим то, во что он должен произрасти, а именно: «действо». И слово, как и само понятие – «зритель» - заменить на «участвующий». Чтобы приблизить его к другому – «действующий», т.е. один из тех «действующих лиц», перечнем которых начинается любая пьеса. Да, именно, участвующий, действо".


Екатерина Еланская