38 театральный сезон

Касса театра:

Пн: Выходной
Вт-Пт: с 13:00 до 19:30
Сб-Вс: с 12:00 до 18:30
Купить билет

Главный режиссер театра:

Народный артист России

Основатель театра:

Народная артистка России
#театрсфера

"Горбатые души". ИД Подмосковье

"Горбатые души". ИД Подмосковье
28 Марта 2018

Премьера спектакля Александра Коршунова «Дачники» по пьесе Максима Горького в Московском драматическом театре «Сфера»


Признаюсь, что шел на спектакль одного из своих любимых театров без особых творческих ожиданий. Накануне внимательно перечитал пьесу и... не то, чтобы разочаровался, но и не особо вдохновился. Осталось впечатление многословности, дидактичности, отсутствия событийности. Маются на даче в основном довольно ординарные и даже порой заурядные люди, в основном не очень симпатичные, не обремененные ни талантами, ни «духовной жаждою», лениво и без особой страсти болтают без умолку о всяких пустяках, затевают интрижки. Про них не скажешь словами А.П. Чехова: "Люди едят, пьют чай, носят свои пиджаки, а в это время рушатся их судьбы". Они разглагольствуют, а в меру налаженная жизнь идет своим чередом. Поволновались, посудачили, поинтриговали, поцапались и разошлись миром. Как говорит один из героев пьесы в финале: «Все это, мой друг, так незначительно... и люди и события... Налей мне вина!.. Все это так ничтожно, мой друг». Оказалось, что главный режиссер Театра «Сфера» и постановщик этого спектакля народный артист России Александр КОРШУНОВ думает совсем иначе. Вышел я из театра с ощущением, что стал свидетелем почти шекспировской трагедии.

Сценография Ольги КОРШУНОВОЙ, как всегда, сдержанна и функциональна. Плетеный дачный стол, кресла, качели, белый мостик и крошечная дачная эстрада с роялем. А под потолком - четыре небольшие изысканные люстры, которые работают во многих спектаклях, но в «Дачниках» играют особую роль. Они загораются в наиболее патетические моменты спектакля, когда персонажи как бы обращаются непосредственно к зрителям, подключая их к действию.

С умиротворенной атмосферой дачного мирка, населенного вполне успешными в материальном отношении и довольными собой мужчинами и потрясающе красивыми женщинами, диссонирует лишь тревожный взор пронзительных глаз главной героини пьесы Варвары Михайловны. И эта тревога не лишена основания: идиллия благополучного дачного мирка вскоре улетучивается и превращается в клубок локальных драм и конфликтов, приводящий, в конце концов, к почти трагической развязке. И ты понимаешь, насколько разобщены эти люди, как в сущности им безразличны судьбы тех, кто живет рядом с ними. И видишь, что души их на самом деле, как говорит главная героиня, «горбаты». И что слова волнуют их больше, чем люди.

Собственно, спектакль, с одной стороны, об этом безразличии. С другой, о человеческом безволии, о неспособности выпутаться из замкнутого порочного круга с его привычным сытым, «мягким» бытом. И еще он о том, что люди, называющие себя интеллигентами, медленно, но верно становятся обывателями, заменяя серьезные поступки велеречивым многословием. Здесь все только говорят о том, как плохо живут, но исправить ничего не хотят. Драматург, а вслед за ним режиссер не скрывают своё, мягко скажем, неприятие многих из этих людей. В пьесе и спектакле практически нет чеховских полутонов и недомолвок, здесь все предельно ясно: краски сгущены, акценты жестки и нелицеприятны. (Кстати, как вспоминали Е.П. Пешкова и А.Д. Гриневицкая, Алексей Максимович, убирая на даче в Горбатовке (вблизи Нижнего) мусор, который оставили прежние съемщики дачи, характеризовал дачников как самых бесполезных и даже вредных людей на земле...) И, тем не менее, ты все же в глубине души сопереживаешь некоторым из них, тем, кто волею судьбы, попал в это духовное болото и не имеет сил вырваться из него.

Пьеса «Дачники» была опубликована в 1904 году, а задумана еще раньше - в конце 90-х годов позапрошлого века. Но, как бы банально это ни звучало, ты на спектакле начинаешь отчетливо понимать, что тебе рассказывают про сегодняшних людей! И все персонажи спектакля - это архетипы 21 века! При том, что режиссер не позволяет себе каких-либо явных указаний на связь с нынешними временами. Более того, текст спектакля по сравнению с пьесой практически не сокращен (если не считать купирования некоторых абсолютно не существенных фрагментов)! Но ты, боясь пошевелиться, почти четыре часа впитываешь это горькое горьковское повествование, о котором, перефразируя слова великого поэта - нашего современника, можно сказать: «про нас про всех, какие к чёрту дачники!»

Конечно, дело еще в том, что Александр Коршунов, как всегда, изумительно точно выстраивает темпоритмы спектакля: за бешеными девятыми валами страстей следуют отливы, и тогда тебе даётся возможность чуток вздохнуть. Но длится это недолго, где-то в недрах «дачной жизни» опять зреет конфликт, который захлестывает тебя с головой! Иногда актеры говорят вполголоса, а то и почти шёпотом. Но это лишь добавляет происходящему страстности и напряжения. Добавьте к этому внешнюю изысканность зрелища. Это и виртуозно выстроенные мизансцены, при разработке которых задействован весь арсенал изобразительных средств этого самого необычного театрального помещения Москвы: небольшая «арена», амфитеатр, превращенный в лес, в котором периодически скрываются герои, четыре двери, балкончик и оркестровая площадка. Во-вторых, превосходная пластика исполнителей, в которой нет ничего нарочитого и показного, но которая очень органична и точна по смыслу. В-третьих, прекрасные костюмы: и мужские, и, прежде всего, женские, - которые с любовью придуманы и воплощены Ольгой Коршуновой и с такой же любовью и элегантностью носятся актерами.

Признаюсь, что перед спектаклем специально не заглядывал в программку, с трепетом предвкушая распределение ролей. Тем более, что, недавно перечитав пьесу, создал в своем воображении зримые образы персонажей. И опять вынужден выразить свой восторг - на этот раз кастингом режиссера! На мой взгляд, он попал что называется «в десятку» и с позиций внешности актеров, и с точки зрения их психофизики! Добавьте к этому скрупулёзный разбор каждой, даже самой небольшой роли, и вы поймете, почему автор этих строк на спектакле про себя периодически повторял пресловутое: «Верю!» Между тем, одно дело - разобрать, простроить роли, а другое - воплотить режиссерский замысел в жизнь. Могу с уверенностью заявить, что господа актеры не ударили в грязь лицом, не подвели своего замечательного режиссёра. (Заранее прошу простить за то, что ограниченные рамки заметки не позволяют упомянуть всех).

Адвокат Басов - сибарит и эпикуреец - в исполнении Павла Гребенникова статен, хорош собой, манерами приятен и даже порой слащав. Он занят лишь собой любимым, к тому же абсолютно безволен, зануден, хотя в глубине души - настоящий пошляк. К тому же, судя по всему, ему не чужда известная русская привычка: он по поводу и без повода не прочь приложиться к бутылочке. И ты не понимаешь, на каких небесах мог быть заключен брак между ним и его умницей и красавицей женой?! Его собутыльник и спарринг-партнер по шахматам инженер Суслов (его очень точно играет заслуженный артист России Олег Алексеенко) тоже слабодушен, труслив и эгоистичен. Хотя в отличие от приятеля имеет какие-то принципы и даже громогласно декларирует свое воинствующее обывательское мировоззрение при всем честном народе.

Хорош и очень узнаваем Алексей Суренский в роли Замыслова - этакого скользкого и хитрого прохиндея и, к тому же, соблазнителя чужих жён. Семён Семёнович Двоеточие в исполнении замечательного актера, заслуженного артиста России Александра Алексеева трогателен, вызывает сочувствие и жалость. Он очень добр, хотя тоже не твёрд характером, да и не боец по причине своих преклонных лет. Ближе к финалу Двоеточие произносит простые, но удивительно трогательные слова: «Да разве любят за что-нибудь? Любят так, просто!.. Настоящая любовь - она, как солнце в небе, неизвестно на чем держится». Именно так он успевает полюбить некоторых обитателей этого дачного мирка.

И, прежде всего, Варвару и Власа. Последний в исполнении молодого актера Даниила Толстых ярок, резок, порывист и благороден - настоящий «луч света» в этом царстве лжецов и демагогов, называющих себя мужчинами. И хотя ты понимаешь, что его праведный гнев бессмыслен, в тебе все же теплится надежда, что благодаря таким Власам в нашей жизни что-то может измениться. Его последний монолог не выглядит резонерским, он выстрадан и становится настоящим криком души: «Подожди, сестра, - это я скажу... я знаю: вы - ряженые! Пока я жив, я буду всегда срывать с вас лохмотья, которыми вы прикрываете вашу ложь... вашу пошлость... нищету ваших чувств и разврат мысли!» Кстати, очень хорошо простроена сцена с его стихами. При чтении пьесы они кажутся немудрящей шуткой, пустяком, стёбом. А в спектакле превращаются в жёсткий, издевательский памфлет, который по-настоящему шокирует окружающих. Но этот Влас - вовсе не только обличитель и резонер. У него, говоря словами Чехова, тонкая и нежная душа. Его искреннее, горячее чувство к женщине и преданность сестре вызывает в тебе симпатию и активное сопереживание.

Полная противоположность Власу - литератор Шалимов, которого точно, тонко и ёмко играет народный артист России Дмитрий Ячевский. Импозантный, авантажный, знающий себе цену, немного циничный Шалимов даже не приходит в дом к Басову, а являет себя дачному народу, принимая, как должное всеобщее восхищение и поклонение. И даже на мгновение застывает в своем белом костюме на белом мостике, чтобы дать возможность народу насладиться лицезрением «священной особы». Шалимов - это явный «привет» М. Горького и А. Коршунова чеховскому Тригорину. Только в отличие от героя «Чайки» этот человек пуст, холоден и никчёмен. И сам это прекрасно понимает. В пьесе Горького есть персонаж - сторож со смешной фамилией Пустобайка. Но истинным пустобайкой является здесь именно этот красавчик Шалимов. И актер блестяще играет пустоту своего героя! А это ох как не просто! Кстати, Шалимов Ячевского настолько холоден и безразличен, что его даже не особенно волнует неудачная попытка соблазнения: попробовал, не вышло, ничего страшного. «Одной Варварой больше, одной меньше, все равно!»

Прежде чем начать разговор о героинях спектакля позволю себе мнение, с которым, наверное, многие не согласятся. Александр Коршунов поставил в сущности «феминистский» спектакль. В том смысле, что точками притяжения в нём являются женщины. Признаюсь, что при чтении пьесы они не казались мне столь значительными и прекрасными. Поэтому еще раз кланяюсь режиссеру за то, что он раскрыл мне (и, надеюсь, не только мне) глаза на мир главных героинь. Первое, что бросается в глаза, - их абсолютная неотразимость! Каждая из них обладает какой-то особой, неповторимой и чарующей красотой, описывать которую значило бы поверять алгеброй гармонию. Но эти женщины столь прекрасны не только потому, что обладают внешней привлекательностью. Они харизматичны, одухотворены, способны мыслить и тонко чувствовать. Но некоторые из них, увы, примиряются с волею судьбы, «приговорившей» их жить в этом скудном и душном мире, и с тем, что в их орбиту попали столь незначительные и пустоватые особи «сильного» пола. И такое понимание лишь усугубляет личные трагедии одиночества и людского безразличия к их судьбам...

Особняком от главных героинь стоит Ольга Алексеевна. Виктория Склянченкова в этой роли подвижна, узнаваема, хотя и несколько прямолинейна. Это - типичная мещанка, у которой нет других интересов, кроме своих семейных. Она, увы, не вызывает ни интереса, ни сочувствия.

Превосходно играют Марью Львовну и Соню Валентина Абрамова и Валерия Гладилина. На первый взгляд, уверенная в себе «правдоискательница» Марья Львовна буквально ошарашена «свалившейся» на нее новостью о любви молодого человека. Она увещевает Власа, пытается его вразумить, но ты видишь, как расцветает на твоих глазах её душа. И какой она становится нежной, ласковой, трогательной и даже чуточку смешной от осознания того, что его чувство столь серьезно! Красавица Соня Валерии Гладилиной под наигранной грубоватостью иногда пытается скрыть свою нежную любовь к «мамашке». Но ведь свет добрых глаз не скроешь... Недаром Варвара Михайловна смотрит на отношения матери и дочери даже с некоторой завистью.

Юлия Филипповна в исполнении Александры Чичковой - это Клеопатра, Саломея, Кармен, Эмма Бовари, etc. в одном лице! Глядя на неё, ты абсолютно веришь, что на такую могли заглядываться учителя в её юные гимназические годы. Но и она в своей страстности и неуёмном желании чувственных наслаждений тоже трогательна. Ты понимаешь, что жизнь ей недодала нежности и теплоты. Но при чётком осознании своего падения, она все же стремится к чистоте. И вовсе не рисуется, когда говорит Варваре: «Я люблю все чистое... вы не верите? Люблю, да... Смотреть люблю на чистое... слушать...» Она понимает, что попала в «болото», но бороться не будет. Единственное, на что она пока способна - это припугнуть мужа револьвером. Но чем это может закончиться в будущем - неизвестно. Демонический взор Юлии Филипповны - Александры Чичковой не предвещает ничего хорошего.

Народный артист СССР Борис Бабочкин, анализируя пьесу «Дачники», писал: «Сестра Басова - Калерия, пожалуй, единственный в нашей литературе по своей оригинальности и сложности образ». Не согласиться с великим артистом невозможно. Но если бы Борис Андреевич увидел спектакль своего младшего коллеги и сослуживца по театру А. Коршунова в Театре «Сфера», он бы добавил, что такой Калерии, какой ее играет уникальная актриса Нелли Шмелёва, наш театр еще не видел! Возникает впечатление, что это - существо с другой планеты или даже некий нематериальный фантом. Она - как и любой поэт, существует как бы вне конкретных материальных обстоятельств и отделена от пошлости и грязи внешнего мира.

Эта божественно красивая Калерия - прежде всего, воплощение некоего духа Поэзии. Я не представлял себе, что можно так прочитать стихотворение «Эдельвейс», как это сделала Нелли Шмелёва! Рискуя опять проявить свою «дремучесть», признаюсь, что при чтении пьесы эти стихи показались мне несколько выспренними и велеречивыми. Но в исполнении блистательной актрисы это превратилось чуть ли не великую поэзию! Недаром весь зал в едином порыве зааплодировал после её декламации! А у автора этих строк к горлу подкатил ком... То же состояние вызвало чтение ее второго стихотворения. Но все же Калерия - это не только поэтическая натура, презрительно относящаяся к «дачному болоту». Как выясняется, она может быть решительной и жесткой. И, понимая, кто есть кто, она в сердцах говорит Варваре о своем брате: "Почему ты не бросишь мужа? Это такой пошляк, он тебе совершенно лишний... Брось его и уходи куда-нибудь... учиться иди... влюбись... только уйди!.. Ты можешь: у тебя нет отвращения к грязному, тебе нравятся прачки... ты везде можешь жить..." А потом решительно рвёт отношения с «горбатыми душами», уходя «в никуда» вместе с Варварой, Власом, Марьей Львовной и Соней!

Признаюсь, что на спектакле мне иногда хотелось раздвоиться: одной своей половиной наблюдать за происходящими событиями, другой - неотрывно следить за главной героиней Варварой Михайловной. Сказать, что актриса Малого театра Лидия Милюзина играет эту женщину прекрасно, означало бы покривить душой. Она играет её вдохновенно, страстно, «на разрыв аорты»! Часто вспоминаю, как Петр Наумович Фоменко, говоря о моментах актёрского вдохновения на сцене, называл их «разговором с Богом». Беру на себя смелость утверждать, что Лидия Милюзина живет в этом спектакле в постоянном диалоге с Господом. Идеалов, конечно, не бывает, но, на мой взгляд, в этой потрясающей женщине сошлись воедино многие черты, которые большинство зрителей ценит в русском артисте: искренность, чистота помыслов, постоянная работа мысли и «сердечной мышцы», сочетание великолепного мастерства с «жизнью человеческого духа», внимательность и уважение к партнерам, отсутствие рисовки и желания понравиться зрителям, etc. А если добавить к перечисленному её дивную красоту, ум, мягкость и нежность, то вы поймете, почему эта молодая актриса стала для меня настоящим открытием.

Но если читатель решит, что Варвара Михайловна Лидии Милюзиной - это некая «голубая» героиня, «божий одуванчик», то он будет не прав. Её прекрасные пронзительные очи «буравят» каждого персонажа, сочувствуя, сопереживая, но и осуждая. Она внимательно анализируют каждое слово, каждое, казалось бы, самое незначительное событие и становится час от часу всё более беспокойной. И тебе становится отчего-то очень неуютно под лучами этих зеленых глаз, ты начинаешь понимать причину смятения их обладательницы: «прогнило что-то в дачном королевстве!» Эта женщина глубоко порядочна и искренна. Её по-настоящему ужасают слухи о романе Власа и Марьи Николаевны, которые распускает муж. Но каким же счастьем загораются ее глаза, когда она узнаёт, что между ними возникло настоящее чувство! Надеясь на приезд Шалимова, Варвара Михайловна предвкушает счастье общения с ним. И это счастье целомудренно и чисто. Тем страшнее для нее становится разрушение иллюзий...

Варвара Михайловна, действительно, по своей природе очень добра и нежна. Но может быть строгой и непримиримой. Так, она решительно порывает отношения с бывшей приятельницей, оскорбившей ее. Рюмину, который осмеливается признаться ей в любви, даёт жесткую и гневную отповедь. А в финале, не выдерживая лжи и ненависти, которые пронизывают этот дачный мирок и «горбатые души» его обитателей, она разражается страстным, разрывающим душу монологом. И в своей патетике остается искренней и чистой: «Пусть эти люди слушают. Я дорого заплатила за мое право говорить с ними откровенно! Они изуродовали душу мою, они отравили мне всю жизнь! Разве такой я была? Я не верю... я ни во что не верю! У меня нет сил... мне нечем жить! Разве такой я была!»

Заключая рассказ о замечательном спектакле, хотелось бы написать что-нибудь оптимистическое. Например, то, что красота таких людей, как Варвара Михайловна, Калерия и Марья Львовна, спасёт мир. Но рука не поднимается. Потому что спектакль Александра Коршунова не весел. Он звучит, как предупреждение. И, подобно великому русскому святому, взывает: «Стяжи дух мирен, и тогда тысячи вокруг тебя спасутся». Думаю, что народный артист России Александр Викторович Коршунов сделал лучший подарок народу России к 150-летнему юбилею Максима Горького.

 

Автор: Павел Подкладов

Сайт ИД Подмосковье

Спектакль и зритель

"Как хочется заменить само слово – «спектакль»- другим, более точно выражающим то, во что он должен произрасти, а именно: «действо». И слово, как и само понятие – «зритель» - заменить на «участвующий». Чтобы приблизить его к другому – «действующий», т.е. один из тех «действующих лиц», перечнем которых начинается любая пьеса. Да, именно, участвующий, действо".


Екатерина Еланская